Interpret.Me
 



8 (495) 215-05-91


«Interpret.Me» рекомендует:

Хохлюшкин
Дмитрий Анатольевич
английский, немецкий, последовательный, синхронный Тематика: нефть, газ, нефтехимия, налоги, ...

Гончарова
Светлана Михайловна
испанский, итальянский, последовательный, синхронный Тематика: итальянский, испанский языки – ...

Жукова
Марина Дмитриевна
итальянский, последовательный, синхронный, шушутаж Тематика: деловые переговоры, презентации, ...

Клюева
Алла Васильевна
немецкий, последовательный, гид-переводчик Тематика: любая (кроме банковской и IT).  ...

Романцова
Анастасия Вячеславовна
английский, шведский, последовательный, синхронный Тематика: любая Образование: 2016г. - ...

Ливандовская
Наталья Юрьевна
французский, последовательный, шушутаж Тематика: медицина, журналистика, психология, ...

Зенина
Нина Анатольевна
английский, итальянский, последовательный, синхронный Тематика: металлорежущее оборудование, юридическая, ...

Судакова
Виктория Викторовна
греческий, испанский, итальянский, последовательный Тематика: техническая, промышленная, общая.  ...



Библиотека «Interpret.Me» → Компрессия при реферативном переводе с английского на русский язык специализированных медицинских текстов (часть 2)
Лучшие переводчики России

Барыкина
Анастасия Борисовна
английский, последовательный, синхронный, шушутаж Тематика: медицина, психология, косметология, ...

Умаров
Алишер Учкунович
английский, последовательный, синхронный Тематика: техническая, экономическая, финансовая.  ...

Колдаева
Вера Михайловна
английский, последовательный, синхронный, шушутаж Тематика: тренинги (любая тематика: продажи, ...

Манджиев
Баатр Санджиевич
английский, китайский, последовательный, синхронный Тематика: торговля, торговые переговоры, ...


Компрессия при реферативном переводе с английского на русский язык специализированных медицинских текстов (часть 2)

Переводы-рефераты
«Fertility and sterility», volume 95, Issue 6–8. 2011.

Comparison outcome of fresh and vitrified donor oocytes in an egg-sharing donation program

Daniel Griffin at al., USA

Objective

To compare the survival, fertilization, early embryonic development, and clinical outcomes from fresh and vitrified cohort oocytes.

Design

Review of egg-sharing program, in which the eggs from one donor were shared by recipients of fresh and vitrified eggs.

Setting

IVF center.

Patient(s)

77 women, comprising 36 patients receiving vitrified donor oocytes and 41 patients receiving fresh donor oocytes.

Intervention(s)

Shared donor eggs vitrified by the Cryotop method warmed after vitrification, with microinjection of surviving metaphase 2 (MII) or fresh oocytes.

Main Outcome Measure(s)

Survival, fertilization, cleavage rate, pregnancy rate, and implantation.

Result(s)

Of the vitrified oocytes, 192 (91.4%) survived. There was no statistically significant difference in fertilization and cleavage rates, embryo quality, or clinical results obtained from vitrified compared with fresh oocytes. The outcomes of cycles using fresh oocytes were predictive of the cycle outcomes after warming of oocytes from the same cohort.

Conclusion(s)

Oocyte donations using vitrified oocytes can provide the same quality of embryos, pregnancy, and implantation potential as fresh oocyte donations.

Proficiency in oocyte retrieval: how many procedures are necessary for training?

K. N. Goldman at al., USA

Objective

To determine a minimum number of procedures required for proficiency in oocyte retrieval and to characterize skill acquisition.

Design

Retrospective analysis.

Setting

Reproductive endocrinology and infertility fellowship training program.

Subject(s)

Fellows in training from 2005 to 2007 and 2008 to 2010.

Intervention(s)

None.

Main Outcome Measure(s)

Proficiency scores were calculated by dividing the number of oocytes retrieved by oocytes expected. The 2005 to 2007 trainees were grouped and proficiency scores calculated as an average during specific points in their training. The 2008 to 2010 trainees were compared individually to determine differences in individual skill acquisition.

Result(s)

A greater number of oocytes were retrieved than expected, 8.6 versus 7.6. A relatively lower proficiency score was noted during the first 10 trainee aspirations (proficiency score = 1.1) compared with subsequent aspirations (proficiency score = 1.25 for retrievals 11–20, proficiency score = 1.21 for retrievals 21–30 and >31). When individual fellows’ scores were calculated, the majority achieved proficiency by 20 aspirations, and all but one trainee achieved the mean staff proficiency score by 50 retrievals.

Conclusion(s)

Regardless of a trainee’s initial proficiency in oocyte retrieval, there were no statistically significant differences in the learning curve between trainees. The majority of individual fellows in training demonstrate proficiency in follicular aspirations within 20 procedures; however, a minority may require 50 procedures to achieve the proficiency of an attending physician.

Обучение технике проведения пункции ооцитов: сколько процедур требуется для подготовки специалиста?

K. N. Goldman и соавт., США

Уровень квалификации специалистов, обучаемых технике проведения пункции ооцитов определяли с помощью показателя, получаемого при делении количества полученных ооцитов на количество ожидаемых ооцитов. Относительно низкий уровень квалификации обучаемых отмечен при проведении первых 10 процедур (показатель квалификации 1,1) по сравнению с последующими пункциями (1,25–1,21). Большинство достигли необходимого уровня квалификации к двадцатой пункции. Все обучаемые, за исключением одного, достигли уровня квалификации регулярно выполняющих данную процедуру врачей к пятидесятой пункции. Вне зависимости от изначальной подготовки, не обнаружено статистически значимых различий в приобретении навыков проведения пункции ооцитов между обучаемыми специалистами.


Effect of levothyroxine treatment on in vitro fertilization and pregnancy outcome in infertile women with subclinical hypothyroidism undergoing in vitro fertilization/intracytoplasmic sperm injection

Chung-Hoon Kim at al., South Korea

Objective

To investigate whether levothyroxine (LT4) treatment has beneficial effects on IVF results and pregnancy outcome in infertile patients with subclinical hypothyroidism undergoing IVF/intracytoplasmic sperm injection (ICSI).

Design

Prospective, randomized trial.

Setting

University-affiliated infertility clinic.

Patient(s)

A total of 64 infertile patients with subclinical hypothyroidism, defined as an elevated serum TSH level associated with a normal free T4 level and without frank symptoms of hypothyroidism.

Intervention(s)

Patients were randomized into an LT4 treatment group or control group. For the LT4 treatment group, 50 µg LT4 was administered from the first day of controlled ovarian stimulation for IVF/ICSI.

Main Outcome Measure(s)

Results of IVF and pregnancy outcome.

Result(s)

There were no differences in patient characteristics between the two groups. Total dose and days of recombinant human FSH used for controlled ovarian stimulation were also similar. The number of grade I or II embryos was significantly higher in the LT4 treatment group than in the control group. There was no significant difference in the clinical pregnancy rate per cycle between the two groups. However, the miscarriage rate was significantly lower in the LT4 treatment group than in the control group. Embryo implantation rate and live birth rate were significantly higher in the LT4 treatment group. In the control group, both thyroid peroxidase antibody and thyroglobulin antibody levels were significantly higher in the miscarried subgroup than in the delivered subgroup.

Conclusion(s)

LT4 treatment can improve embryo quality and pregnancy outcome in subclinical hypothyroid women undergoing IVF/ICSI.

Влияние назначения левотироксина пациенткам ЭКО/ИКСИ с субклинической гипофункцией щитовидной железы на результаты ЭКО и акушерские результаты ЭКО-беременностей

Chung-Hoon Kim и соавт., Южная Корея

Диагноз субклинической гипофункции щитовидной железы поставлен 64 пациенткам на основании повышенной концентрации ТТГ при нормальной концентрации свободного Т4 и отсутствии явных симптомов гипотироидизма. Пациентки разделены на 2 группы, одной из которых назначен левотироксин в дозе 50 мг с первого дня ЭКО-стимуляции. Количество эмбрионов I и II класса значительно выше в лечебной группе. Различий в частоте наступления беременности не обнаружено. Однако частота самопроизвольного прерывания беременности статистически значимо ниже, а частота имплантации и частота родов живым плодом выше в группе, получавшей левотироксин. Среди группы пациенток, не получавших левотироксин, уровни антител к Т-пероксидазе и к тиреоглобулину выше у пациенток с самопроизвольным прерыванием беременности по сравнению с пациентками той же группы, чьи беременности закончились родами.


Breast cancer and fertility preservation

K. Harvey at al.. USA

Objective

To review the benefits of adjuvant systemic therapy given to women with breast cancer of reproductive age, its effects on fertility, and options for fertility preservation.

Design

Publications relevant to fertility preservation and breast cancer were identified through a PubMed database search.

Conclusion(s)

Most women who develop invasive breast cancer under age 40 will be advised to undergo adjuvant chemotherapy with or without extended antihormonal therapy to reduce the risk of recurrence and death from breast cancer. Adjuvant chemotherapy particularly with alkylating agents such as cyclophosphamide is gonadotoxic and markedly accelerates the rate of age-related ovarian follicle loss. Although loss of fertility is an important issue for young cancer survivors, there is often little discussion about fertility preservation before initiation of adjuvant therapy. Greater familiarity with prognosis and effects of different types of adjuvant therapy on the part of infertility specialists and fertility preservation options such cryopreservation of embryos, oocytes, and ovarian tissue on the part of oncologists would facilitate these discussions. Establishment of rapid fertility consultation links within cancer survivorship programs can help ensure that every young woman who is likely to undergo gonadotoxic cancer treatment is counseled about the effects of therapy and options available to her to increase the likelihood of childbearing after cancer treatment.

Рак молочных желёз и сохранение фертильности

K. Harvey и др., США

Большинству пациенток в возрасте до 40 лет с инвазивным раком молочных желёз рекомендуется назначение адъювантной химиотерапии, а также может быть назначена длительная антигормональная терапия. Адъювантная терапия, особенно с использованием алкилирующих агентов (например, таких как циклофосфамид), является гонадотоксичной и значительно ускоряет связанное с возрастом уменьшение количества фолликулов. Потеря фертильности является важной проблемой для молодых пациенток, выздоровевших от рака, и в связи с этим специалисты по бесплодию должны знать прогноз и влияние различных видов аъювантной терапии на фертильность, а онкологи — возможности для сохранения фертильности. Перед началом адъювантной терапии каждая пациентка должна быть проконсультирована о возможностях сохранении фертильности, и это консультирование должно проводиться в рамках программ работы с пациентами, выздоровевшими от рака.


Toward understanding obstetrical outcome in advanced assisted reproduction: varying sperm, oocyte, and uterine source and diagnosis

William E. Gibbons at al., USA

Objective

To evaluate the obstetrical outcome measures of birth weight (BW) and length of gestation (GA) in singleton pregnancies from in vitro fertilization (IVF), donor egg (DE), and gestational carrier (GC) cycles.

Retrospective data analysis.

Setting

Clinics.

Patient(s)

SART data set from the years 2006–2010.

Intervention(s)

The BW and GA of singleton pregnancies were compared in IVF, DE, and GA cycles.

Main Outcome Measure(s)

The BW and GA data were compared to evaluate the effects on these outcomes of the source of the egg, the uterus, or sperm or the primary reason given for treatment.

Result(s)

The mean BW and GA for DE cycles were 3,236 g and 37.4 weeks, respectively, which were less than those of IVF [3,265 g and 37.7 weeks]. GC BW was greater at 3,309 g with GA of 37.2 weeks. No difference was seen between donor or spouse sperm source; however, most female fertility–diagnosis cycles were associated with lower BW and GA than male factor–related cycles.

Conclusion(s)

Reduced BW and GA were observed for DE cycles versus IVF or GC cycles, suggesting that the uterine environment was more important to these outcomes than egg quality. Whereas altering the sperm source had no effect, female infertility diagnoses were associated with reductions in BW and GA.

Зависимость акушерских результатов ВРТ от вида бесплодия и от вида программы: использовалась ли донация спермы, ооцитов, суррогатное материнство

William E. Gibbons и соавт., США

Сравнивались акушерские результаты беременности одним плодом за 2006–2010 годы. Для программы донации ооцитов средний вес плода при рождении составил 3 236 г, средний срок гестации — 37,4 недель (что меньше, чем при стандартном ЭКО), без использования донорских программ или суррогатного материнства: 3 265 г и 37,7 недель соответственно. Для программы суррогатного материнства данные показатели составили 3 309 г и 37,2 недель. Не обнаружено статистически значимых различий в акушерских результатах между беременностями, наступившими с использованием спермы донора или мужа. Тем не менее, большинство беременностей у пар с женским бесплодием статистически взаимосвязано с более низким весом при рождении и более коротким сроком гестации по сравнению с мужским фактором бесплодия.


Follicle-stimulating hormone administered at the time of human chorionic gonadotropin trigger improves oocyte developmental competence in in vitro fertilization cycles: a randomized, double-blind, placebo-controlled trial

Julie D. Lamb at al., USA

Objective

To determine whether an additional follicle-stimulating hormone (FSH) bolus administered at the time of the human chorionic gonadotropin (hCG) trigger can improve the developmental competence of the oocyte.

Design

Randomized, double-blind, placebo-controlled, clinical trial.

Setting

Academic medical center.

Patient(s)

Women undergoing a long agonist suppression in vitro fertilization (IVF) protocol for treatment of infertility.

Intervention(s)

FSH bolus at time of hCG trigger versus placebo.

Main Outcome Measure(s)

Primary outcome; fertilization; secondary outcomes: oocyte recovery, implantation rate, and clinical and ongoing pregnancy/live birth rates.

Result(s)

A total of 188 women (mean age: 36.2 years; range: 25 to 40 years) were randomized. Fertilization (2PN/#oocyte) was statistically significantly improved in the treatment arm (63% vs. 55%) as was the likelihood of oocyte recovery (70% vs. 57%). There was no statistically significant difference in clinical pregnancy rate (56.8% vs. 46.2%) or ongoing/live birth rate (51.6% vs. 43.0%).

Conclusion(s)

Improvements in IVF success rates have largely been due to optimization of embryo culture and stimulation protocols; less attention has been directed toward methods to improve induction of final oocyte maturation. This was the first randomized, double-blind, placebo-controlled trial to modify the ovulation trigger to improve oocyte competence, as demonstrated by the statistically significant improvement in fertilization.

Назначение фолликулостимулирующего гормона одновременно с введением ХГ как триггера овуляции улучшает потенциальные возможности ооцитов: рандомизированное двойное слепое плацебо-контролированное исследование

Julie D. Lamb и соавт., США

188 пациенток в длинном протоколе ЭКО разделены на 2 группы: получившие болюсную дозу ФСГ в день введения ХГ и контрольную группу. Частота фертилизации (66% по сравнению с 55%) и частота получения ооцитов (70% по сравнению с 57%) статистически значимо выше в ФСГ-группе по сравнению с контрольной. Не обнаружено статистически значимых различий в частоте наступления клинической беременности (56% по сравнению с 46,2%), частоте наступления развивающейся беременности и в частоте родов живым плодом (51,6% по сравнению с 43%). В последнее время улучшение результатов ЭКО было связано в основном с оптимизацией протоколов стимуляции и культивирования эмбрионов. Это первое рандомизированное двойное слепое плацебо-контролированное исследование о модификации стадии индукции овуляции, приводящее к повышению частоты фертилизации.


Systematic review of the effectiveness and safety of assisted reproduction techniques in couples serodiscordant for human immunodeficiency virus where the man is positive

Raquel Loja Vitorino George at al., Brazil

Objective

To evaluate the effectiveness and safety of assisted reproduction techniques (ART) in human immunodeficiency virus (HIV) serodiscordant couples.

Design

Systematic review of five databases of noncomparative open intervention and observational studies of serodiscordant couples undergoing ART, with study selection and data extraction performed independently and in duplicate.

Setting

Tertiary fertility centers.

Patient(s)

HIV serodiscordant couples where the man is HIV positive.

Intervention(s)

Intrauterine insemination (IUI), in vitro fertilization (IVF), or intracytoplasmic injection (ICSI) performed after washed semen viral testing.

Main Outcome Measure(s)

Pregnancy rates per cycle, cumulative pregnancy, abortion rate, and HIV seroconversion in newborns or women.

Result(s)

Of the 658 abstracts retrieved, 41 were selected for review, and 17 full articles were included (3,900 IUI cycles in 1,184 couples in 11 aggregated studies and 738 ICSI/IVF cycles in 579 couples across 10 studies). The IUI and ICSI results were, respectively: pregnancy rates per cycle, 18% and 38.1%; cumulative pregnancy, 50% and 52.9%; and abortion rate, 15.6% and 20.6%. No seroconversions in women or newborns were detectable at birth or after 3 to 6 months.

Conclusion(s)

Cumulative evidence suggests that ART is safe and effective for avoiding horizontal and vertical transmission in HIV serodiscordant couples.

Эффективность и безопасность использования ВРТ у серодискордантных по ВИЧ пар, в которых серопозитивен мужчина: систематический обзор литературы

Raquel Loja Vitorino George и соавт., Бразилия

Из 658 обнаруженных рефератов на данную тему для обзора отобран 41. После их изучения в обзор включены 17 статей, в которых опубликованы результаты 3 900 циклов внутриматочной инсеминации у 1 184 пар (данные 11 статей) и 738 ЭКО/ИКСИ циклов у 570 пар (данные 10 статей). Частота наступления беременности на цикл для внутриматочной инсеминации — 18%, для ИКСИ — 38,1%, кумулятивная частота наступления беременности — 50% и 52,9% соответственно, частота самопроизвольного прерывания беременности — 15,6% и 20,6% соответственно. Ни одного случая сероконверсии у женщин или у новорождённых не отмечено ни при рождении, ни через 3–6 месяцев спустя. Накопленные данные говорят о безопасности и эффективности ВРТ для предупреждения горизонтальной и вертикальной передачи ВИЧ в серодискордантных парах.


Pregnancy and live birth after autotransplantation of frozen-thawed ovarian tissue in a patient with metastatic disease undergoing chemotherapy and hematopoietic stem cell transplantation

Jacques Donnez, at al., Belgium

Objective

To report a live birth after orthotopic transplantation of cryopreserved ovarian tissue.

Design

Case report.

Setting

Department of Gynecology, Cliniques Universitaires Saint-Luc, Brussels.

Patient(s)

Woman with metastatic cancer who had her ovarian tissue cryopreserved in 2001 before undergoing chemotherapy and hematopoietic stem cell transplantation, resulting in premature ovarian failure.

Intervention(s)

Orthotopic reimplantation of ovarian cortex performed 7 years after cryopreservation.

Main Outcome Measure(s)

Restoration of ovarian activity.

Result(s)

Restoration of ovarian activity was observed 3.5 months after reimplantantation, and ongoing pregnancy was diagnosed 9 months after grafting. The patient delivered a healthy baby weighing 2.830 kg.

Conclusion(s)

Our patient represents the thirteenth live birth to occur after orthotopic reimplantation of cryopreserved tissue, but the first in a woman treated for metastatic disease.

Беременность и роды живым плодом после аутотрансплантации криоконсервированной ткани яичника после химиотерапии и трансплантации гемопоэтических стволовых клеток по поводу метастатического рака

Jacques Donnez и соавт., Бельгия

Криоконсервация ткани яичника проведена в отделении гинекологии клиники университета г. Сейнт-Люк в 2001 году перед проведением пациентке химиотерапии и трансплантации гемопоэтических стволовых клеток. В результате лечения развилась преждевременная недостаточность яичников. Ортотопическая трансплантация коркового слоя яичника проведена через 7 лет после криоконсервации. Восстановление активности яичниковой ткани произошло через 3,5 месяца, беременность наступила через 9 месяцев после трансплантации. Пациентка родила здорового ребёнка массой 2 830 г. Данный случай является тринадцатым описанным в литературе случаем родов живым плодом после ортотопической реимплантации криоконсервированной ткани яичника и первым случаем у пациентки с метастатическим раком.


Ovarian reserve and oocyte maturity in women with malignancy undergoing in vitro maturation treatment

Anwar Moria at al., Canada

Objective

To evaluate ovarian reserve and oocyte maturity in women with malignancy.

Design

A case-control study.

Setting

University teaching hospital.

Patient(s)

We evaluated all women with malignancy who underwent in vitro maturation treatment for fertility preservation from the year 2003 to 2009. The results were compared with those of an age-matched infertile control group.

Intervention(s)

In vitro maturation treatment.

Main Outcome Measure(s)

Ovarian reserve and oocyte maturity.

Result(s)

Women with malignancy of the breast (n = 87), hematologic malignancy (n = 16), gynecologic or abdominal malignancy (n = 9), and other malignancies (n = 16) were compared with infertile control women (n = 79). The age was similar in all groups except in women with hematologic malignancy where they were younger than the control group (24.9 ± 1.1 years vs. 30.8 ± 0.4 years, confidence interval 4.0–9.5). Baseline FSH in this group was also lower than in the control group. Women with breast cancer had a lower number of retrieved oocytes than the control group (95% confidence interval 0–5). There were no significant differences in antral follicle count, percentage of mature oocytes on collection day, and percentage of metaphase II oocytes matured in vitro among all groups of women.

Conclusion(s)

Women with breast cancer have fewer numbers of retrieved oocytes than infertile controls. Ovarian reserve and oocyte maturity in other types of malignancy are similar to those in the control group.

Овариальный резерв и созревание ооцитов в программе IVM у пациенток, страдающих онкологическими заболеваниями

Anwar Moria и соавт., Канада

Изучены результаты всех циклов IVM за 2003–2009 гг., проведённых в больнице университета. Результаты IVM пациенток с раком молочных желёз (n=87), гематологическими злокачественными заболеваниями (n=16), гинекологическими и абдоминальными злокачественными новообразованиями (n=9) и другими онкологическими заболеваниями (n=16) сравнивались с результатами IVM, проведённых контрольной группе пациенток с бесплодием (n=79). Средний возраст и базальный уровень ФСГ у пациенток с гематологическими заболеваниями ниже, чем в контрольной группе. Не наблюдалось статистически значимых различий в количестве антральных фолликулов, в количестве зрелых фолликулов в день пункции и количестве ооцитов, созревших in vitro до стадии метафазы II, среди всех групп пациенток. Количество полученных ооцитов в группе пациенток с раком молочных желёз ниже, чем в контрольной (95% ДИ 0–5).


Morphological embryo assessment: reevaluation

Haggai Bar-Yoseph ay al., Israel

Objective

To assess whether the pronuclear score and embryo nuclear scoring have an additive value to day 2 morphology criteria in the prediction of the implantation rate (IR).

Design

Retrospective clinical study.

Setting

IVF Unit, Soroka University Medical Center.

Patient(s)

Analysis of all homogenous IVF fresh embryo transfers from 2008–2010.

Intervention(s)

Morphological evaluation of pronuclear scoring, embryo nuclear scoring, and day 2 embryo morphology scoring on embryos obtained from IVF or intracytoplasmic sperm injection (ICSI) cycles.

Main Outcome Measure(s)

Implantation rate of homogeneous transfers.

Result(s)

No statistical association was found between the pronuclear scoring system (Z) and IR. The pronuclear score Z3 had a significantly better performance than Z1, Z2, and Z4 (IR = 25.2%, 22%, 21.4%, and 11.8%, respectively). Assessment of the second day embryo morphology scoring (index [IDX]) was found to associate with IR. IDX1, IDX2, IDX3, IDX4, and IDX5 had an IR of 36.1%, 28%, 21.9%, 14.2%, and 0, respectively. The nuclear scoring including: 1 nucleus in all blastomeres, 1 nucleus in part of the blastomeres, no visualization, and multinucleation showed high association with IR = 32.7%, 22.9%, 14.8%, and 9.1%, respectively. The effect of the nuclear scoring on IR was lost in a multivariable analysis that included day 2 embryo morphology scoring.

Conclusion(s)

Our results suggest that there is no additive value in grading the zygote on day 1 or embryo nuclear scoring on day 2 to day 2 embryo morphology for the prediction of IR.

Новый взгляд на практическое значение морфологической оценки эмбрионов

Haggai Bar-Yoseph и соавт., Израиль

Проанализированы все «свежие» недонорские переносы 2008–2010 гг., проведённые в отделении ЭКО Сорокского университетского медицинского центра. Не обнаружено статистической зависимости между оценкой эмбриона по пронуклеарной системе (Z) и частотой имплантации. Эмбрионы, оцениваемые как Z3, показали максимальную частоту имплантации — 25,2%, по сравнению с Z1 (22%), Z2 (21,4%) и Z4 (11,8%). Морфологическая оценка эмбрионов на 2 день (IDX индекс) статистически взаимосвязана с частотой имплантации. IDX1 — 36,1%; IDX2 — 28%; IDX3 — 21,9%; IDX4 — 14,2% и IDX5 — 0%. Оценка ядра также статистически взаимосвязана с частотой имплантации: при наличии 1 ядра во всех бластомерах частота имплантации 32,7%; 1 ядро не во всех бластомерах — 22,9%; при отсутствии чёткой визуализации — 14,8%, при многоядерности — 9,1%.

«Human reproduction», volume 95, Issue 6-9. 2011.

ESHRE consensus on the definition of "poor response" to ovarian stimulation for in vitro fertilization: the Bologna criteria

P. Ferraretti at al., Italy

The definition presented here represents the first realistic attempt by the scientific community to standardize the definition of poor ovarian response (POR) in a simple and reproducible manner. POR to ovarian stimulation usually indicates a reduction in follicular response, resulting in a reduced number of retrieved oocytes. It has been recognized that, in order to define the poor response in IVF, at least two of the following three features must be present: (i) advanced maternal age or any other risk factor for POR; (ii) a previous POR; and (iii) an abnormal ovarian reserve test (ORT). Two episodes of POR after maximal stimulation are sufficient to define a patient as poor responder in the absence of advanced maternal age or abnormal ORT. By definition, the term POR refers to the ovarian response, and therefore, one stimulated cycle is considered essential for the diagnosis of POR. However, patients of advanced age with an abnormal ORT may be classified as poor responders since both advanced age and an abnormal ORT may indicate reduced ovarian reserve and act as a surrogate of ovarian stimulation cycle outcome. If this definition of POR is uniformly adapted as the "minimal" criteria needed to patients for future clinical trials, more homogeneous populations will be tested for any new protocols. In this case, the patients should be more properly defined as "expected poor responder". Finally, by reducing bias caused by spurious POR definitions, it will be possible to compare results and to draw reliable conclusions.

Консенсус ESHRE (Европейской ассоциации репродуктологов и эмбриологов) по определению «бедного» ответа на стимуляцию яичников в циклах ЭКО: Болонские критерии

P. Ferraretti и соавт., Италия

Представленное определение — это первая реалистичная попытка научного сообщества стандартизировать данное понятие наиболее простым образом, удобным для применения. Для определения «бедного» ответа яичников на стимуляцию необходимо наличие как минимум 2 из 3 характеристик: 1) старший возраст пациентки или другой фактор риска «бедного» ответа; 2) «бедный» ответ во время предыдущей симуляции; 3) нарушение показателей теста овариального резерва. Таким образом, одного цикла стимуляции может быть достаточно для определения данного состояния. Двух эпизодов «бедного» ответа на максимальную стимуляцию достаточно даже у молодых пациенток и у пациенток с нормальными показателями теста овариального резерва. Повсеместное принятие данных критериев позволит сравнивать результаты различных исследований и делать достоверные выводы.


The role of sperm oxidative stress in male infertility and the significance of oral antioxidant therapy

Alan S. Penzias at al., UK

Oxidative stress in the male germ line is thought to affect male fertility and impact upon normal embryonic development. Accordingly, fertility specialists are actively exploring the diagnosis of such stress in spermatozoa and evaluating the possible use of antioxidants to ameliorate this condition. In this review, evidence for the presence of oxidative stress in human spermatozoa, the origins of this phenomenon, its clinical significance in the aetiology of male infertility and recent advances in methods for its diagnosis and treatment are re-examined. Moreover, an extensive review of the results presented in published clinical studies has been conducted to evaluate the overall impact of oral antioxidants on measures of sperm oxidative stress and DNA damage. Administration of antioxidants to infertile men has been assessed in numerous clinical studies with at least 20 reports highlighting its effect on measures of oxidative stress in human spermatozoa. A qualitative but detailed review of the results revealed that 19 of the 20 studies conclusively showed a significant reduction relating to some measure of oxidative stress in these cells. Strong evidence also supports improved motility, particularly in asthenospermic patients. However, of these studies, only 10 reported pregnancy-related outcomes, with 6 reporting positive associations. Adequately powered, placebo-controlled comprehensive clinical trials are now required to establish a clear role for antioxidants in the prevention of oxidative stress in the male germ line, such that the clinical utility of this form of therapy becomes established once and for all.

Значение оксидативного стресса в сперматозоидах в мужском бесплодии и влияние оральной антиоксидантной терапии

Alan S. Penzias и соавт, Великобритания

Обобщены данные, доказывающие наличие оксидативного стресса в сперматозоидах человека, а также данные о его этиологии, клиническом значении в мужском бесплодии, последних достижениях в диагностике и лечении. В ходе множества исследований мужчинам, страдающим бесплодием, назначалась антиоксидантная терапия. В 20 из этих исследований изучен эффект данной терапии на уровень оксидативного стресса в сперматозоидах, и в 19 исследованиях полученные результаты говорят о его значительном уменьшении, есть также убедительные данные об улучшении подвижности сперматозоидов, особенно при наличии астеноспермии. Однако только в 10 исследованиях изучено влияние данной терапии на частоту наступления беременности, и позитивная корреляция обнаружена только в 6 из 10.


Circulating CD56 cells of diabetic women show deviated homing potential for specific tissues during and following pregnancy

Trustin Domes at al., Canada

BACKGROUND

Human uterine natural killer (uNK) cells, the dominant lymphocytes in early pregnancy decidua, are important for spiral arterial remodelling. uNK cells are thought to arise from circulating CD56bright NK cells that egress into decidualizing endometrium. Both incomplete spiral arterial modification and aberrant NK cell function have been linked with pre-eclampsia, a syndrome that is more prevalent in diabetic women. Since previous in vitro studies have shown that changes in decidual endothelium induced by type 1 diabetes (T1D) reduce its interactions with circulating leucocytes, we hypothesized that diabetes additionally has direct effects on circulating CD56 NK cells that impair their decidual homing potential.

METHODS

Serial blood samples were collected from control, T1D and T2D pregnant women throughout and after pregnancy. In vitro adhesion under shear forces was used to assay the functional capacity of circulating leucocytes and of CD56+ cells to adhere to endothelium in cryostat sections of gestation day (gd) 7 normal mouse decidua, pancreas and lymph node.

RESULTS

Fewer CD56 cells from diabetic compared with control women adhered to normal decidual endothelium. The CD56 cell/total cell adhesion ratio was also lower in diabetics. More diabetic CD56 cells adhered to pancreatic endothelium and their proportion was greater than for controls. Neither absolute nor proportional adhesion of CD56 cells to lymph node endothelium differed between diabetics and controls.

CONCLUSIONS

The CD56 cell adhesion patterns of T1D and T2D women differ from those of non-diabetic women and support the hypothesis that diabetes impairs mechanisms that could be used by CD56 cells for egress into decidua.

У пациенток, страдающих сахарным диабетом, во время и после беременности циркулирующие в крови CD56 клетки имеют измененный хоуминг-потенциал к специфическим тканям

Trustin Domes и соавт., Канада

Во время ранней беременности NK-клетки являются доминирующими лимфоцитами в децидуальной оболочке и играют важную роль в ремоделировании спиральных артерий. Предшественниками NK считаются циркулирующие CD56-клетки. Возникновение преэклампсии связывают с неполным ремоделированием спиральных артерий и нарушенной функцией NK-клеток. Преэклампсия чаще возникает при наличии сахарного диабета. Способность лейкоцитов и CD56-клеток периферической крови беременных женщин с сахарным диабетом I и II типа к адгезии с клетками эндотелия в суспензии децидуальной ткани беременных мышей снижена. Аналогичная адгезия в суспензии клеток поджелудочной железы тех же животных повышена, а в суспензии лимфатических узлов не изменена, по сравнению с группой контроля.


Ultrasonographic prediction of early miscarriage

George I. Papaioannouи at al., Cyprus

BACKGROUND

The aim of this retrospective study was to assess the value of maternal history and ultrasound scan findings at 6–10 weeks for predicting early miscarriage.

METHODS

Embryonic crown-rump length (CRL), heart rate (HR), gestational sac diameter (GSD) and yolk sac diameter (YSD) were compared in two groups of women with singleton pregnancies attending an early pregnancy unit. In the first group the initial scan demonstrated a live embryo but in a subsequent visit the scan showed a dead embryo, complete or incomplete miscarriage. In the second group with a live embryo there was subsequent live birth of a normal neonate.

RESULTS

There were 729 pregnancies with miscarriage and 4698 with normal outcome. Logistic regression analysis demonstrated that in the prediction of miscarriage the risk was higher in women of African racial origin [odds ratio (OR) 1.62], cigarette smokers (OR 1.91) and those with vaginal bleeding (OR 2.03) and increased with maternal age (OR 1.05) and YSD (OR 1.88) and was inversely related to CRL (OR 0.79), HR (OR 0.96) and GSD (OR 0.84). At false-positive rate of 30%, the detection rate of miscarriage in screening by vaginal bleeding was 45%, 53% by the addition of maternal history factors and 85.7% by the addition of ultrasound findings.

CONCLUSIONS

In early pregnancy a prediction of miscarriage can be provided by a combination of maternal characteristics and ultrasound findings and the estimated risk can be used to rationalize follow-up. Our multivariate model requires prospective evaluation in a new sample population.

Ультразвуковое прогнозирование вероятности самопроизвольного прерывания беременности раннего срока

George I. Papaioannouи соавт., Кипр

Ретроспективное исследование. Изучаемая группа — 729 пациенток с одноплодной беременностью, у которых на первом УЗИ, проведённом на сроке 6–10 недель гестации, определялся живой эмбрион, а при повторном УЗИ — отсутствие сердцебиения, аборт в ходу или свершившийся аборт. Контрольной группой явились 4 698 женщин с одноплодной беременностью, родивших здоровых детей. С помощью логистического регрессионного анализа продемонстрировано, что данный риск выше у беременных негроидной расы (отношение шансов 1,62), курящих (1,91), при наличии кровянистых выделений из влагалища (2,03), у беременных в более старшем возрасте (1,05), при увеличенном диаметре желточного мешка (1,88). Риск ниже при увеличении: копчиково-теменного размера (0,79), ЧСС у плода (0,96), размера плодного яйца (0,84).


Spermatogenetic inhibition in men taking a combination of oral medroxyprogesterone acetate and percutaneous testosterone as a male contraceptive method

J.-C. Soufir at al., France

BACKGROUND

We previously demonstrated in a small pilot study that oral medroxyprogesterone acetate and percutaneous testosterone (OMP/PT) induce reversible spermatogenesis suppression. The aims of this study were to determine the rate of spermatogenetic inhibition and recovery and to obtain preliminary data on efficacy for a larger population under OMP/PT.

METHODS

A total of 35 healthy men with normal spermiograms requesting male hormonal contraception were treated with OMP (20 mg/day) and PT (50–125 mg/day) for periods up to 18 months. Couples were included in a contraceptive efficacy phase after a value of ≤1 million/ml spermatozoa was reached between 1 and 3 months of treatment.

RESULTS

Sperm counts decreased by 47% at 1 month, reaching 90% at 2 months and 98–100% between 4 and 8 months. At 3 months, 80% of men had ≤1 million/ml spermatozoa. Follicle-stimulating hormone and luteinizing hormone decreased to 35% of pretreatment levels after 1 month of treatment and to 75–80% at 2 and 6 months, respectively. Plasma testosterone and estradiol levels were in the eugonadal range at 3, 6, 9 and 12 months of treatment. Dihydrotestosterone concentrations were 2–4 times higher than pretreatment values. The rate of spermatogenetic recovery was rapid (73 ± 29.5 days). During the efficacy phase (211 months for 25 couples), one pregnancy attributable to poor compliance of the male partner was observed.

CONCLUSIONS

OMP/PT efficiently inhibits spermatogenesis in 80% of men, maintains testosterone at physiological levels and avoids the need for parenteral administration, which is poorly accepted by French men. These results justify larger studies to define a more adequate dosage of OMP/PT and to confirm its efficacy and safety.

Подавление сперматогенеза у мужчин, получающих с целью контрацепции комбинацию орального медроксипрогестерона ацетата и тестостерона чрезкожно

J.-C. Soufir и соавт., Франция

Тридцати пяти здоровым мужчинам с нормоспемией, желающим получать мужские гормональные контрацептивы, назначен медроксипрогестерон 20 мг/сутки и тестостерон чрезкожно 50–125 мг в сутки. Пары считались достигшими фазы контрацептивной эффективности после снижения концентрации сперматозоидов до ≤ 15 млн/мл, что происходило через 1–3 мес. У 80% мужчин через 3 мес. концентрация сперматозоидов снизилась до ≤ 1 млн/мл. Скорость восстановления параметров спермы высокая (73 ± 29,5 дней). В течение фазы контрацептивной эффективности (211 мес. у 25 пар) наступила 1 беременность в связи с ненадлежащим приёмом препаратов. Данный протокол обеспечивает эффективное подавление сперматогенеза у 80% мужчин, позволяет поддерживать концентрацию тестостерона на физиологическом уровне, а также избежать парентерального введения.


Surgical approach to and reproductive outcome after surgical correction of a T-shaped uterus

John Brendan M. Mullen at al., USA

BACKGROUND

The aim of this study was to describe the surgical approach to, and evaluate the reproductive outcome of, a T-shaped uterus.

METHODS

The study included 97 women who were eligible for hysteroscopic surgery, by either monopolar or bipolar electrosurgical instruments. All had diagnostic hysteroscopy 2 months afterwards to assess the success of the procedure and determine whether any synechiae were present.

RESULTS

Forty-eight women (49.5%) became pregnant after metroplasty. The overall live birth rate per pregnancy before surgery was 0%; for these patients, it increased to 73%, and their miscarriage rate fell from 78 to 27% (P < 0.05). For all 57 pregnancies in 48 women, the ectopic pregnancy rate was 9% (n = 5), the miscarriage rate 28% (n = 16), the preterm delivery rate 14% (n = 8), the term delivery rate 49% (n = 28) and the live birth rate was 63% (n = 36).

CONCLUSIONS

Hysteroscopic metroplasty improves the live birth rate for women with a T-shaped uterus and a history of primary infertility, recurrent abortion or preterm delivery, although it is not a treatment of infertility.

Хирургическая коррекция Т-образной матки и репродуктивные результаты данной процедуры

John Brendan M. Mullen и соавт., США

97 пациенткам проведена гистероскопическая метропластика с использованием либо монополярных, либо биполярных инструментов. Через 2 мес. проведена диагностическая гистероскопия. У 48 пациенток (49,5%) после проведённого лечения наступило 57 беременностей. Частота родов живым плодом на беременность до лечения составляла 0%, после него — 73%, Частота самопроизвольного прерывания беременности снизилась с 78% до 27%. Для всех наступивших 57 беременностей рассчитаны следующие показатели: частота эктопической беременности — 9%, частота преждевременных родов — 14%, частота срочных родов — 49%, частота родов живым плодом — 63% (36 детей).


Neonatal outcome of 724 children born after ICSI using non-ejaculated sperm

Martina Wallace at al., Ireland

BACKGROUND

Safety concerns have been expressed regarding the use of immature non-ejaculated spermatozoa for ICSI. Therefore, adverse health outcomes, birth parameters, major anomaly rates and chromosomal aberrations in children born after ICSI using testicular and epididymal sperm were investigated.

METHODS

Questionnaire data and results of physical examinations of 530 children born after ICSI with testicular sperm and of 194 children born after ICSI with epididymal sperm were compared with data on 2516 ICSI children born using ejaculated sperm.

RESULTS

Birth parameters, stillborn rates, prematurity rates and rates of low birthweight and very low birthweight were comparable between the non-ejaculated and the ejaculated sperm groups. The perinatal death rate was higher for twins but not for singletons in the non-ejaculated sperm group in comparison to the control cohort of children born using ejaculated sperm. A non-significant increase in major anomalies was reported in the non-ejaculated sperm group in comparison to the ejaculated sperm group. No more anomalies were observed in pre- and post-natal karyotypes from viable pregnancies established using non-ejaculated sperm versus ejaculated sperm.

CONCLUSIONS

Overall neonatal health in terms of birth parameters, major anomalies and chromosomal aberrations in our large cohort of children born by the use of non-ejaculated sperm seems reassuring in comparison to the outcome of children born after the use of ejaculated sperm.

Неонатальные параметры 724 детей, рождённых после ИКСИ, проведённого с неэякулированными сперматозоидами

Martina Wallace и соавт., Ирландия

Данные 530 детей, рождённых после ИКСИ с использованием тестикулярных сперматозоидов, и 194 детей, рождённых после ИКСИ с использованием эпидидимальных, сравнены с данными 2 516 детей, рождённых после ИКСИ со сперматозоидами из эякулята. Параметры при рождении, частота мертворождений, преждевременных родов, родов с низким и экстремально низким весом при рождении аналогичны между группами. Показатель перинатальной смертности выше для двоен в изучаемой группе, по сравнению с контрольной. Увеличение частоты больших пороков развития в изучаемой группе статистически не значимо. Частота аномалий кариотипа по группам не различалась как при пренатальном кариотипировании, так и при кариотипировании после родов.


Follow-up of children born after ICSI with epididymal spermatozoa

Mary Wingfield at al., UK

BACKGROUND

To evaluate the safety of ICSI with epididymal sperm, this study compared children born after ICSI treatment with epididymal sperm and children conceived after IVF and ICSI with ejaculated sperm. Additionally, the results of a multidisciplinary, multicentre follow-up of the children conceived with epididymal sperm at 2 years of age are described.

METHODS

This follow-up study included 378 children conceived after ICSI with epididymal sperm (percutaneous epididymal sperm aspiration: PESA group) and a control group of 1192 IVF and 1126 ICSI (with ejaculated sperm) children, all with a gestational age of 20 weeks or more. Questionnaires were sent at birth, 1 year and 4 years of age, collecting data on parental, pregnancy and child factors. A total of 148 PESA children were assessed at 2 years of age for motor performance, mental- and language development and compared with the Dutch norms.

RESULTS

PESA children showed no increased risks for stillbirths, total deaths and malformations. They also did not differ from IVF and ICSI children in gender rate, birthweight and gestational age. The mental Bayley score was higher (P < 0.05) for PESA singletons and parents reported fewer (P < 0.05) behavioural problems in the PESA group than the Dutch reference group. The scores for syntactic and lexical development for the PESA singletons were better (P < 0.05) than the Dutch standards.

CONCLUSIONS

ICSI with epididymal sperm does not lead to more stillbirths or congenital malformations in comparison to IVF and ICSI with ejaculated sperm and does not lead to poor development in comparison with the Dutch reference group.

Результаты мониторинга здоровья и развития детей, рождённых после ИКСИ с использованием эпидидимальных сперматозоидов

Mary Wingfield и соавт., Великобритания

Изучаемая группа — 378 детей, рождённых после ИКСИ с использованием сперматозоидов, полученных при TESA; контрольная группа — 1 192 ЭКО-ребёнка и 1 126 детей, рождённых после ИКСИ с использованием сперматозоидов из эякулята. 148 детей исследуемой группы были доступны для изучения параметров развития в двухлетнем возрасте. В исследуемой группе не наблюдалось повышения риска мертворождений, младенческой смертности и врождённых пороков развития. Не наблюдалось различий между группами в соотношении полов, весе при рождении и сроке беременности на момент родов. По сравнению со среднестатистическими национальными показателями, у детей исследуемой группы выявлены более высокие показатели по ментальной шкале Бейли, а также показатели синтаксического и лексического развития (Р<0,05).


Association between the number of eggs and live birth in IVF treatment: an analysis of 400 135 treatment cycles

S. K. Sunkara at al., UK

BACKGROUND

While live birth is the principal clinical outcome following in vitro fertilization (IVF) treatment, the number of eggs retrieved following ovarian stimulation is often used as a surrogate outcome in clinical practice and research. The aim of this study was to explore the association between egg number and live birth following IVF treatment and identify the number of eggs that would optimize the IVF outcome.

METHODS

Anonymized data on all IVF cycles performed in the UK from April 1991 to June 2008 were obtained from the Human Fertilization and Embryology Authority (HFEA). We analysed data from 400 135 IVF cycles. A logistic model was fitted to predict live birth using fractional polynomials to handle the number of eggs as a continuous independent variable. The prediction model, which was validated on a separate HFEA data set, allowed the estimation of the probability of live birth for a given number of eggs, stratified by age group. We produced a nomogram to predict the live birth rate (LBR) following IVF based on the number of eggs and the age of the female.

RESULTS

The median number of eggs retrieved per cycle was 9 [inter-quartile range (IQR) 6–13]. The overall LBR was 21.3% per fresh IVF cycle. There was a strong association between the number of eggs and LBR; LBR rose with an increasing number of eggs up to 15, plateaued between 15 and 20 eggs and steadily declined beyond 20 eggs. During 2006–2007, the predicted LBR for women with 15 eggs retrieved in age groups 18–34, 35–37, 38–39 and 40 years and over was 40, 36, 27 and 16%, respectively. There was a steady increase in the LBR per egg retrieved over time since 1991.

CONCLUSIONS

The relationship between the number of eggs and live birth, across all female age groups, suggests that the number of eggs in IVF is a robust surrogate outcome for clinical success. The results showed a non-linear relationship between the number of eggs and LBR following IVF treatment. The number of eggs to maximize the LBR is 15.

Соотношение между количеством ооцитов, полученных во время пункции и частотой родов живым плодом в программе ЭКО: анализ результатов 400 135 циклов ЭКО

S. K. Sunkara и соавт., Великобритания

Проанализированы все циклы ЭКО, проведённые в Великобритании с 1991 по 2008 гг., по данным Национального управления по репрудоктологии и эмбриологии (The Human Fertilization and Embryology Authority (HFEA)). Среднее количество ооцитов на пункцию — 9. Общая частота родов живым плодом на цикл переноса «свежих» эмбрионов — 21,3%. Обнаружена сильная корреляция: при увеличении количества полученных ооцитов вплоть до 15 увеличивается и частота родов живым плодом, затем плато при количестве ооцитов от 15 до 20, затем — неуклонное уменьшение частоты родов живым плодом при дальнейшем увеличении числа ооцитов. По данным 2006–2007 гг., прогнозируемая частота родов живым плодом при 15 полученных ооцитах на цикл составила: в группе пациенток 18–34 лет 40%, 35–37 лет — 36%, 38-39 лет — 27% и в группе 40 лет и старше — 16%.


Reproductive status in adult male long-term survivors of childhood cancer

K. Tromp at al., UK

BACKGROUND

This study assessed the long-term effects of cancer therapies on reproductive status in adult male childhood cancer survivors, evaluated the treatment-related risk factors for hypergonadotropic hypogonadism and assessed the association between the FSH levels and the later need for assisted reproductive techniques (ART).

METHODS

The study cohort included adult male 5-year survivors of childhood cancer who were treated in our institution between 1966 and 2010. Data concerning patient and treatment characteristics, FSH, LH and testosterone levels and pregnancy outcome were collected. Multivariate regression analyses were performed to evaluate the treatment-related risk factors for disturbances in reproductive endocrine status. The diagnostic and predictive values of FSH and later need for ART were evaluated.

RESULTS

Data on reproductive endocrine status were available for 488 survivors (86.4%) of the 565 male survivors who visited the outpatient clinic in adulthood. The median follow-up time from initiation of treatment to first visit to the outpatient clinic in adulthood was 15 years. The prevalence rates of elevated FSH levels and decreased testosterone levels were 33 and 12%, respectively. The use of procarbazine, cyclophosphamide, vinca-alkaloids, other alkylating agents, pelvic/abdominal irradiation, total body irradiation and testicular surgery were identified as treatment-related risk factors for elevated FSH levels. During the follow-up period, 73 men reported 120 conceptions, which resulted in 103 live births. Of these men, 56 (77%) were able to achieve conception naturally. All men whose partners conceived by assisted reproductive techniques (n = 13) had elevated FSH levels at their first visit after their 18th birthday (sensitivity: 100%; 95% CI: 71–100%) and all male survivors with a normal FSH level did not need assisted reproductive techniques (negative predictive value: 100%; 95% CI: 89–100%).

CONCLUSIONS

One-third of young adult male survivors of childhood cancer has elevated FSH levels. FSH appears to be a very sensitive marker for the need of assisted reproductive techniques in male childhood cancer survivors.

Репродуктивный статус мужчин, перенёсших онкологическое заболевание в детском возрасте

K. Tromp и соат., UK

Исследован репродуктивный эндокринный статус 488 пациентов. Промежуток времени между началом лечения онкологического заболевания и первым посещением клиники во взрослом возрасте составил в среднем 15 лет. Повышенная концентрация ФСГ обнаружена у 33% мужчин, пониженная концентрация тестостерона — у 12%. Выявлены следующие факторы риска повышения концентрации ФСГ: химиотерапия прокарбазином, циклофосфамидом, винка-алкалоидами и другими алкилирующими препаратами, лучевая терапия абдоминальных и тазовых зон, тотальное облучение, хирургические операции на яичках. У 77% пар наступила спонтанная беременность. Во всех парах, у которых беременность была достигнута с помощью ВРТ (13 пар), мужчины имели повышенный ФСГ при первом посещении клиники.


Мобильная версия © 2012–2018 «Interpret.Me» – Россия